Курское отделение АКМ
Главная | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 18.02.2018, 22:48
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Мини-чат
Наш опрос
Вы за Красную Оппозицию?
Всего ответов: 75
Главная » 2008 » Июнь » 12 » Дневник русской антиутопии
Дневник русской антиутопии
21:32

Дневник русской антиутопии

             28 ноября. Делаю первую запись. Сегодня вечером вернулся с работы, разделся и, зайдя на кухню, чувствительно озяб. Чугунный регистр батареи оказался почему-то холодным. Причём вчера уже выпал снег. За окном -8. Одел свитер. Подумал, что по всему стояку нет отопления. Поужинал и оставил зажженной одну конфорку на газовой плите. Около 20.30 позвонила в дверь пожилая соседка Соня, у которой были в гостях малолетние внуки. Спросила про отопление. Я сказал, что по нашему стояку его нет. Она ответила, что во всём доме его нет, а её дочь позвонила ей и сообщила, что его нет в нескольких районах города. Соседка ушла укладывать внуков, а я включил ящик: кокаиновый рай, говёный гламур, пафосные буржуа – всё, как обычно…и вдруг, - в захлёб по федеральному каналу вещала напряжённая физиономия ведущего: «…десятки городов России остались без света и тепла! В их числе города Поволжья, Урала, Западной Сибири. Объявлено чрезвычайное положение. Бригады МЧС…» О причине так и не сообщили, однако масштабы катастрофы меня поразили. В Западной Сибири уже стоят сильные морозы. Достав из шифоньера пару шерстяных одеял, я иду спать. Не знаю, что будет дальше…
             29 ноября. Проснулся рано утром. Меня трясло от холода, хотя и спал в одежде. На работу не пошёл. Побрёл на кухню и включил духовку в газовой плите. За окном термометр показывал -10 градусов. В квартире максимум +5. Что делать? Куда идти? Кому жаловаться? Кто виноват? Включил телеящик. Там вообще тишина – идут какие-то сериалы, передачки. Вновь неожиданно прорвала эфир перекошенная физиономия ведущего – «…продолжается катастрофическая ситуация в регионах России. Сегодня руководители нашего региона срочно выехали в соседний регион за выяснением обстоятельств и масштабов…». Бегут, суки, как крысы с тонущего корабля. Что случилось-то, мать вашу?! Видимо, что-то произошло очень серьёзное. В полдень по всем телеканалам выступил президент с экстренным обращением к гражданам России. Вместо привычного респектабельного костюма на президенте была какая-то спонтанная домашняя одёжка, это я успел заметить. Едва он начал вещать о сложившейся ситуации, как экран телеящика неожиданно потух. Черт! Пробки?! Нет, пробки в порядке. Значит, свет отключили. Бросаюсь к радио – единственному источнику связи с внешним миром. Там гробовая тишина. Такого просто не может быть…
             30 ноября. Произошло что-то ужасное. Целые города России остались без тепла, света (только газ остался) в самом начале суровой зимы. Ужасная катастрофа. Мои окна выходят на вид широкого проспекта. Так, за 1,5 часа, пока я кипятил чай и пил его, стоя у окна, я не заметил ни одного авто на ранее оживлённом проспекте, ни одной живой души, бредущей по заснеженному тротуару. Чай пью почти каждый час. Газовая плита не выключается. Посреди гостиной устроил себе лежбище: стащил в одну кучу всё постельное бельё, матрацы, одеяла, пальто, куртки, - иначе околею ночью. Сплю в двух штанах, свитере, шерстяных носках. На ночь горящую плиту оставлять опасаюсь, можно задохнуться во сне. Надо что-то делать.
             1 декабря. Долго думал с утра, что делать. Оставаться в квартире без «голубого топлива» (его отключили сегодня ночью, как и водопровод, - хотя, скорее всего, вся система просто замёрзла) - подобно смерти. Идти на улицу? Там -18 градусов. Надо уезжать. Оделся потеплее, взял все имеющиеся деньги, документы и направился на вокзал. На улице все магазины и учреждения закрыты, всюду люди кучкуются посреди дворов, что-то жгут, дабы согреться. Тут несколько человек дербанят поролоновые сидушки в салоне мёртвого троллейбуса, там ломают деревянный ларёк, а здесь пытаются дерево спилить ножовкой. И всё – в огонь. По проспекту в одиночестве медленно ползёт облезлое авто. Торможу и прошу водилу в густой щетине подкинуть до вокзала:
- Полторы тысячи возьму с тебя, - из-за сдвинутой на глаза кроличьей шапки пробурчал щетинистый подбородок.
- Сколько?! Ты чё, охренел, мужик?! Ты откуда такие цены взял?!
- Пошёл на хер тогда! Пиз..уй до вокзала на своих! И дверь закрой, тепло уходит! Всё равно вам тут всем хана!
             Пришлось идти пешком. Началась метель. По пути несколько раз попадались какие-то люди-конверты, укутанные как немцы под Сталинградом. Никто не знал, что делать, но знали, что будет дальше. Дальше будет смерть. Наконец-то попался проинформированный человек-конверт. Сначала про тёплые вещи у меня спросил. Затем вкратце поведал, что будут морозы до -30 градусов, что в Москве такая же обстановка, что произошли аварии на многих АЭС регионов, следом аварии произошли в котельных, компрессорных, насосных станциях, горят нефте-маслохранилища, что на вокзале не ходят поезда – нет мазута, что мы все умрём от голода или холода. «Безнравственное правление всегда оборачивается природными катаклизмами» - это ещё Конфуций изрёк. Осталось добавить сюда «и техногенные катаклизмы тоже». Пришлось брести назад. Я всё равно уеду (уйду) отсюда, не дожидаясь эвакуации. Только вот куда? Пережить бы зиму.
             2 декабря. Возвращаясь в обледенелую квартиру с неожиданно найденными в припорошенной снегом куче мусора досками (буду искать «буржуйку» и ждать эвакуации), поднял взгляд на многоглазые окна дома. Растирая запотевшие окна изнутри, люди, множество людей-конвертов глядят на меня. Их так много. И никто не эвакуирован. Никто. Все замёрзнут. Все жадно глядят, как я тащу доски. Спрятать мне их некуда. Писать придётся меньше – жутко мёрзнут пальцы и кончаются чернила в ручке. Всюду грабят магазины.
             3 декабря. Видел первый труп. Сидит на углу нашего дома, окоченевший. С него уже успели снять шерстяной платок и валенки, ноги без носок, почерневшие. –22 градуса. Это блокадный Ленинград, десятки блокадных Ленинградов по России… Срочно надо найти «буржуйку» или «шмель» какой-нибудь. И ручку шариковую. А где керосин брать?
             4 декабря. Доел последнюю краюху хлеба. Остались крупы, немного сахара, пара яиц, упаковка «деревянных» макарон. Снял с очередного покойника хорошие валенки. Пригодятся. Эти уроды в своих магазинах для городских мещан всю обувь зимнюю на тонкой подошве продавали. Вот у меня есть пара таких «полусапог», стоит в углу. В них даже дома ноги мёрзнут. Разводить дома костёр не стоило – чуть от дыма не задохнулся. А доски всё в прихожей лежат. Надеюсь всё же раздобыть «буржуйку». Вторую ночь подряд - буран и жуткий мороз.
             5 декабря. У пожилой соседки Сони в квартире сегодня замёрзли насмерть двое маленьких внуков. Я им одеяла носил, носки, пальто осеннее отдал, пару стареньких валенок, в которых они ноги поочерёдно грели. Даже немного говядины мороженной давал. Пришлось одеяла назад забрать. Тётя Соня не плакала, только с пронзительной чувственностью расцеловывала их, остывших, и приговаривала, что несколько лет назад дурой была – отказалась купить примус у знакомой. Во дворах вокруг прогоревших кострищ тут и там лежат замёрзшие трупы – всё, что можно было сжечь, сожгли. Смерть нетерпеливо дышит над нами.
             6 декабря. В нашем районе очень мало людей осталось. Всюду замёрзшие трупы. Их некому убирать. Надо сходить в восточный район города – там, насколько я слышал, у людей керосин есть и «буржуек» много в квартирах. Если кто-то умер, то у него там можно и керосина, и примус, и «буржуйку» забрать.
             7 декабря. Сегодня спугнул двух мародёров в своей квартире. Они думали, что я под тряпьём своим околел, и зашли спокойно. Стали вещи тёплые искать. Я из-под тряпья высунулся и истошным, внутриутробным матом на них. Те испугались и убежали. Мародёры пока ещё пугливые у нас, но это ненадолго. Очень холодно, терпеть нет сил. Эвакуации не будет.
             8 декабря. Из-за того, что весь день под одеялами лежу и даже ем под одеялами, болит всё тело. Приходится на прогулку выходить. Стало тяжело передвигаться. Пожилая тётя Соня умерла. От мороза трескается кожа лица и сильно болит. Кончились чернила.
             12 декабря. Я сегодня очень весел. Во-первых, я нашёл чернила для шариковой ручки. Во-вторых, был два дня назад в восточной части города и раздобыл себе еды. Просто шёл по улице, гляжу - впереди человек-конверт бредёт, шатаясь. Вдруг резко падает. Пока к нему подошёл я, он уже остыл. За пазухой бедняга тащил консервы, яйца варёные (откуда только?), хлеб, мёрзлые картофелины, самогон(!) и немного чёрствого хлеба. Покойнику они не нужны. Набрал множество горючего материала в округе (деревянные бруски, гипсокартон, старый линолеум и т.п.). В восточной части города никого почти не осталось. Видел того водилу с щетиной, которого я останавливал, когда шел на вокзал. Без своей кроличьей шапки он сидел впереди своего обшарпанного авто с ободранными покрышками и вывороченным задним сидением, истыканный ножом. Кругом бурый снег под открытой дверью его авто. Очень холодно. Лиловая щетина у водилы покрылась густым инеем. Много замёрзших трупов.
             14 декабря. Наконец-то! Сумел добыть то, что искал! Вчера заметил, как трое каких-то доходяг мимо моих окон тащат очередной горючий материал в виде старого дивана. Причём двое тащат, а один рядом ковыляет с небольшой дубиной. Видимо, «вооружённое сопровождение». Сегодня утром картина повторилась. Только бидон с чем-то тащили, мародёры хреновы. Решил их подстеречь после обеда и попытаться отобрать что-нибудь. Взял с собой длинный кухонный нож, вышел во двор и стал ждать. Через некоторое время появились эти трое, и я не поверил своей удаче, – они тащили, кряхтя и часто останавливаясь, старую «буржуйку». Главное, использовать неожиданность. Холод больше не выносим. Я убью их всех! Я лег на снег рядом с чьим-то окоченевшим трупом и притворился покойником. Дождался, когда троица поравняется со мной. Соскочил неуклюже и кинулся на них. Сходу тому, который с дубиной был, ударил ножом в спину. Конвоир истошно заревел. Дёрнул за рукоять – нож не поддался. Толкнул на снег хрипящего, с застрявшим ножом в спине конвоира, и схватил выпавшую из рук его дубину. Кинулся на следующего, который поскользнулся и упал, а третий кинулся наутёк. Принялся методично охаживать упавшего дубиной по голове: « Ты что же, а-а-а!.., сука, делаешь?! Что мы… тебе сделали?! Это наша вещь! Мы замерзаем, у нас дети замерзают, отребье! Не убив…» После моего прицельного удара лежавший, не успев договорить фразу, притих. Конвоир, лежа на снегу в луже крови, бился в конвульсиях. Зов предков одолел во мне Человека. Так я становлюсь добытчиком. Сильно обморозил пальцы на правой руке. Оставшимся самогоном пришлось их растирать. Главное, дотянуть до весны.
             15 декабря. В квартире стало теплее. Буду искать дрова. Сильно устал, когда тащил «буржуйку» в квартиру и устанавливал её в комнате. Пришлось повозиться с дымоходом. Съестного осталось мало (полкило гречки, кило сахара, 100 граммов чая, несколько сухарей). Наверное, я умру от голода.
             18 декабря. Обмороженные пальцы не чувствую. Это плохо. Писать тяжело. Рука немеет. После установки «буржуйки» стало потеплее, но я два дня лежал и не мог даже в туалет встать – столько ушло на неё сил. Хочу жареного мяса и вина.
             19 декабря. Закончился «горючий материал». Пришлось перейти к книгам, которыми была уставлена вся стенка гостиной. Ницше, Гоголь, Бомарше, Лимонов, Маяковский, Руссо, Гёте, Шекспир, Есенин, Горький, сочинения Ленина… Я должен дожить до весны. Господи, я должен дожить до этой весны! Как же холодно, чёрт побери!
             21 декабря. Съел последние сто грамм сахара. В квартире стоит смрад. Я больше не могу ходить по нужде на улицу – просто нет сил. Пришлось несколько дней назад сделать уборную в малой комнате, а так как дверь, которая должна закрывать эту комнату, пошла на дрова, то вонь расползается по всей квартире. Очень холодно. Сегодня на термометре за окном -32 градуса. Надо найти что-нибудь съестное. Соседи в моем подъезде все умерли.
             22 декабря. «Как же вот в войну блокадники их ели?» - очень давно думал я. Оказывается, ничего. Даже жирная попалась крыса. Отмороженный мизинец начал чернеть. Попытаюсь его отрезать.
             27 декабря. До весны – два месяца. Думаю, доживу. Скоро Новый Год. Решил себя побаловать – заготовил много превосходного мяса. Правда, оно сладковатое малость. Благо, соль есть. Готовлю с удовольствием. В квартире чудесный запах. Сегодня сварил отменный бульон. Мясо хорошенько солю перед тем, как съесть. Об этом я мечтал – сытно поесть. Теперь жгу диван и половые доски в соседней комнате.
             28 декабря. От такого хорошего питания улучшилось самочувствие – больше энергии стало, стал больше гулять. Отрезанный палец затянулся, но чернеет теперь вся кисть. Это сильнейшая гангрена. Необходимо найти человека, который поможет мне её отрезать. Рассчитаюсь с ним мясом. Только вот где их теперь искать, людей-то? Видел себя в зеркало, ведь прошёл ровно месяц с начала катастрофы. Я себя узнал только по цвету глаз и форме ушей. Что же творится в других городах?

К.В.

Просмотров: 685 | Добавил: Tovarish_Mauzer | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 2
2  
Долой капиталистический режим! angry

1  
Не доводите страну до критической ситуации, боритесь за справедливость!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Календарь новостей
«  Июнь 2008  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30
Поиск
Друзья сайта
АВАНГАРД КРАСНОЙ МОЛОДЕЖИ АКМ-Новосибирск Сайт Движения НРСПЛ РКСМ(Б)! За волю!
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright MyCorp © 2018Хостинг от uCoz